Литва — от выплаты дани Руси до начала завоевания русских земель

Литва — от выплаты дани Руси до начала завоевания русских земель. Восточные славяне столкнулись с летто-литовскими племенами в ходе расселения на территории Восточной Европы в период еще до создания собственной государственности. Славянский этнос оказался более активным, его доминирование наиболее очевидным образом определялось тем обстоятельством, что славяне занимали территории отнюдь не пустующие. При этом туземное население вынуждено было уступать свои территории, подчиняться пришедшим чужеземцам, активно шел процесс ассимиляции. Только на периферии славянского расселения в Восточной Европе балтские и финно-угорские племена сохраняли свою независимость, но и они вынуждены были строить свои отношения на принципе подчиненности.

Первое столкновение славян с восточными балтами – летто-литовскими племенами, произошло в условиях продолжающейся славянской колонизации. Колонизационный импульс был еще достаточно силен и в конце IX–X в., когда восточные славяне создали государственную организацию с единой верховной властью. Государство обладало более широкими возможностями для проведения экспансионистской политики. В условиях активного взаимодействия с Древнерусским государством, затем с отдельными восточнославянскими княжествами-землями происходило зарождение основ будущего Литовского государства

Расселившиеся на территории северной, лесной части Восточной Европы славяне оказались более активным элементом. Археологические исследования дают возможность оценить характер славянской миграции на новые земли: она носила характер последовательной колонизации. Славяне занимали земли надолго, для своего проживания, ведения собственного хозяйства, хорошо приспосабливаемого к местным условиям. Славяне селились компактными группами, возможно, в соответствии с децимальной (десятичной) системой. Местное балтское население некоторое время проживало отдельными вкраплениями, «островами» в уже освоенных славянами областях, подвергалось ассимиляции (этот процесс продолжался до XII–XIII вв.), физически уничтожалось или вытеснялось на северо-запад. Несмотря на то что острова литовского населения остаются на территории, уже вошедшей в ареал славянского расселения, славяне отодвигают свою границу на запад и северо-запад.

Есть все основания утверждать, что колонизация новых земель являлась целенаправленной, последовательной политикой государственной власти Древней Руси, а затем Полоцкого (несомненно, и Киевского) княжества. Именно в русле данной политики происходило строительство порубежных крепостей, расположение которых позволяет наметить направления продолжающейся славянской экспансии. Невозможно также принять тезис о мирном характере отношений Руси и литвы (затем Полоцкого княжества). До определенного времени балтское население в области славянского расселения вынуждено было уступать безусловному военно-политическому превосходству славян. Отношения Руси и литвы изначально не были взаимодействием двух равноправных партнеров: восточные славяне, находившиеся на более высоком уровне общественно-политического развития, подавляли в своих интересах развитие балтских племен, оказавшихся на пути их экспансии.

Источники позволяют наметить эволюцию политических взаимоотношений Руси и литвы. Самая общая тенденция заключается в постепенном усилении Литвы и принципиальном изменении характера ее взаимоотношений с Русью: от безусловного подчинения и выплаты дани к участию в междоусобных войнах и переходу к собственным грабительским набегам, а затем и территориальным захватам. Данная трансформация взаимоотношений была обусловлена не только переменами в политической ситуации на восточнославянских землях (начало периода политической раздробленности), но и изменениями в самом литовском обществе: разложении родоплеменного строя, выделении племенной верхушки, определенном прогрессе в экономическом развитии, позволившим мобилизовать часть населения для проведения военных акций и т. д. Значительным фактором, вызвавшим консолидацию балтских племен, являлось проникновение в Восточную Прибалтику немецких рыцарей, крестоносцев.

Лишь приблизительно можно назвать время существования даннической зависимости литвы от Руси. Вполне определенно литва платила дань в начале XII в. Именно в это время была создана Повесть временных лет, в недатированном введении к которой литва (как племя) присутствует среди народов, «иже дань дають Руси». Начало же подчинения литвы можно связать с походом Ярослава Мудрого 1040 г. (1044 г.). Но чрезвычайно лаконичное летописное сообщение не исключает возможности того, что поход киевского князя был вызван отказом подчиненного племени соблюдать ранее утвердившиеся обязательства. Вполне определенно литва не платила дань во второй половине XII в. Освобождение от даннических обязательств, несомненно, нужно связывать с раздроблением Древней Руси. Весьма продуктивным представляется предположение о прекращении выплаты дани литвой после событий 1129 г. – высылки полоцких князей в Византию. В таком случае поход киевского князя на литву в 1132 г. нужно рассматривать как попытку восстановления прежних отношений. Поход, видимо, не достиг цели. Как отмечает летописец, «киян тогда много побиша Литва».

Можно выделить три периода во взаимоотношениях Руси и литвы
до середины XIII в.:

1. Первая половина XI – первая треть XII в.: отношения даннической зависимости. Полное доминирование Древней Руси в Прибалтике.

2. 1130-е гг. – конец XII в.: паритет сил, использование литовцев в междоусобицах. Литва в этот период «поднялась до уровня желаемого для русских князей союзника»5. Тем не менее на этом этапе литовцы выступают как пассивная сила, используются в интересах других. Уже на следующем этапе на первый план выходят их собственные интересы.

3. Первая половина XIII в. – переход Литвы к активной экспансии на русские земли, первоначально в форме грабительских набегов, а затем и территориальных захватов.

Необходимо несколько уточнить содержание выделенного выше первого этапа русско-литовских отношений. Безусловно признавая факт выплаты литвой дани (зафиксированный в польских и древнерусских источниках), нужно определить адресат этой дани и, главное, время, с которого дань, адресованная Киеву, переходит к Полоцку. Источники не позволяют однозначно и сколько-нибудь точно разрешить обозначенные проблемы. Поход киевского князя Ярослава Владимировича в 1040 (1044) г. на литву дает возможность определенно утверждать, что дань после этого события (а возможно, и в более ранее время) поступала в Киев. Время же перехода дани к Полоцку можно установить лишь предположительно. Возможно, это произошло в первый период правления в Полоцке Всеслава Брячиславича (1044–1067). Именно в это время явно проявляется противодействие расширению влияния Полоцка в северо-восточном направлении со стороны других древнерусских княжеств.В таких условиях Полоцк стремится закрепить свое влияние по Западной Двине, среди племен ливов, земгалов, куршей и латгалов. Возможно, тогда же была переадресована Полоцку и литовская дань. Следует также обратить внимание на непродолжительный период нахождения на киевском престоле Всеслава Брячиславича.

Значительную сложность представляет определение времени прекращения даннической зависимости литвы от Полоцка. В этом отношении, видимо, важное значение имеет поход киевского князя Мстислава Владимировича на литву в 1131 (1132) г. В походе Мстислава можно обнаружить начало реализации нового вектора внешней политики: после подчинения Киеву Полоцка необходимо было подтвердить права и на сферу влияния последнего, в том числе осуществить и практическую переадресацию дани. Но из-за скорой смерти киевского князя этот вектор остался незавершенным, а слабость Полоцка не позволила последнему восстановить данническую зависимость литвы.

Взаимодействие Литвы с Русью принимало различные формы: это и торговые, и матримониальные связи, и совместная борьба с немецкой экспансией. Даже в период возросшей опасности со стороны крестоносцев полоцкий князь готов идти на соглашение с последними, чтобы «тем легче противостоять литовцам».

Анализ имеющихся в распоряжении историка письменных источников, характеризующих отношения Древней Руси с прибалтийским регионом в целом, позволяет обнаружить некоторые особенности политики в отношении литвы. Так, отмечаются многочисленные походы на финно-угорское племя чудь (1113, 1116, 1130, 1131, 1133, 1178, 1191, 1212, 1217, 1222 гг.), в то время как русские походы на Литву единичны: в XII в. это только походы 1131 г. киевского князя Мстислава Владимировича (в летописи 1132 г.) и смоленского князя Романа Ростиславича в 1173 г., указанный в труде В. Н. Татищева. Литва с конца XII в., и особенно в первой половине XIII в., выступает как активная сила.

Древнерусские княжества-земли вынуждены отражать нападения литовцев и наносить ответные удары (1200, 1203, 1221, 1225, 1228, 1229, 1237), но инициатива в данном случае принадлежит противнику. Показательно в этом отношении событие 1236 г., показавшее возрастание могущества Литвы. Внушительная коалиция немецких рыцарей («в силе велице»), чуди и псковичей потерпела сокрушительное поражение от «безбожной Литвы», так что «приидоша коиждо десятыи в домы своя». Добавив к этому другие победы литовцев над немецкими рыцарями, приходится констатировать складывание очень мощной политической организации на базе литовского этноса, консолидированной сильной верховной властью, уже в первой половине XIII в.

По материалам: Темушев С.Н. Налоги и дань в Древней Руси.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *